0

Война войной, а обет по расписанию. На Украине снова обнаружили неучтённые российские войска

На днях Главное разведуправление Министерства обороны Украины порадовало украинцев свежей новостью – Россия может напасть. Буквально в любой момент. Опубликованы и четыре возможных сценария нападения. Даже неожиданно как-то – никогда такого не было, и вот опять

Раньше о неминуемом нападении нас предупреждали уважаемые люди — президент Петр Порошенко и секретарь Совета нацбезопасности и обороны Александр Турчинов. Однако со сменой власти её профессионализм в вопросах отражения российской агрессии существенно снизился. Ни Владимир Зеленский, ни Александр Данилюк, сменившие своих предшественников, явно не обладают специфическими навыками и умениями, помогающими раскрыть коварные планы Кремля.

Но, к счастью, есть ещё у нас Главное управление разведки (ГУР) МО (по случайному совпадению на эмблеме этой организации изображён вампир) и помощник руководителя Офиса президента Иван Апаршин (по ещё более случайному совпадению поразительно похожий на Ганнибала Лектера — даже нет уверенности, что это не он) и их коллега — экс-спикер Генерального штаба ВСУ, военный эксперт Владислав Волошин. У них навыки и умения есть.

Итак, что бой грядущий нам готовит?

Самой большой опасностью в ГУР считают полномасштабную военную агрессию, сопровождающуюся мощными воздушными ударами и использованием средств РЭБ. «По информации военных, еще в прошлом году Россия сосредоточила на украино-российской границе, а также на так называемых «оккупированных территориях» (надо понимать под этим термином обозначаются Крым и Донбасс) более восьмидесяти тысяч военнослужащих».

Отметим, что, по версии ГУР, агрессия уже была в 2014 году, но она была недостаточно полномасштабной и не сопровождалась воздушными ударами. Видимо, именно это помешало Украине объявить России войну и ввести военное положение. То есть небольшое по масштабам вторжение (по версии ГУР), закончившееся потерей чуть ли ни трети территории страны, основанием для объявлениям войны не является.

Но это вопрос политический, а есть военный, и тут очень простой расчёт. По уставам наступление надо вести в условиях трёхкратного численного превосходства. Итак — Россия сосредоточила 80 тыс. человек, в то время как численность ВСУ — 250 тыс. Так кто готовится к наступлению?

Это, разумеется, упрощение.

Граница длинная, и наступающая сторона, обладающая стратегической инициативой, может создать достаточное для прорыва локальное превосходство в одной или нескольких зонах. Другое дело, что, по общему мнению экспертов, как украинских, так и российских, на Донбассе, например, ни одна сторона создать такие наступательные группировки не может, — местность слишком открытая, и современные средства разведки легко выявят сосредоточение войск.

Тем не менее, легко понять, чем вызваны такие меры российской стороны, как увеличение числа военных округов (в украинской терминологии — переход от оперативных командований к военным округам) и возвращение от бригадной к дивизионной структуре. Просто четыре военных округа (плохо управляемые монстры — Центральный ВО, например, охватывал территорию России от Вятки до Иркутска) и бригады относились к периоду, когда на границах России не велись полномасштабные боевые действия. Украина же теоретически имеет трёхкратное превосходство над российскими силами, развёрнутыми в приграничных районах, и действительно может напасть.

Кстати, о военных округах: достойная восхищения формулировка: «в ГУР высказались о возможной военной операции со стороны Кремля из-за того, что Россия якобы отказалась от оперативных командований и перешла на военные округа». Справедливости ради это изобретение уже российских журналистов. Что они имели в виду, так и осталось загадкой.

Кстати, как же собирается отбиваться Украина? У неё есть два средства:

Во-первых, «козырем Вооружённых сил Украины (…) может стать собственное ракетное вооружение». Имеются в виду ракеты «Нептун» и «Ольха», которые, правда, не состоят на вооружении.

Правда, те же специалисты признают, что Россия может использовать в разы больше ракет, а кроме того, «только в аннексированном Крыму сейчас размещено пять кораблей, шесть подводных лодок и 12 бомбардировщиков, которые способны нести ракеты с ядерным боезарядом».

Во-вторых, это применение ЧВК (то есть, частных военных компаний) на территории России.

Опять же у России ЧВК совершенно точно есть и используются в разных районах мира, а есть ли они у Украины — большой вопрос.

Тут надо сделать вывод относительно полной неспособности Украины отразить полномасштабное российское вторжение, но он почему-то не делается. Потому что встаёт вопрос об адекватности рассуждений относительно агрессии в 2014 году. То есть и еже понятно, что агрессии не было (а потому и не было объявления войны), а следовательно и все остальные суждения, вытекающие из этого — ложные.

Вторая угроза, с точки зрения ГУР, это провоцирование конфликта внутри Украины при помощи сил специальных операций, которые могут осуществлять диверсии, как уже было по версии ГУР в 2014 году. Как говорит военный эксперт Валентин Бадрак, «люди будут просто бояться. Будут чувствовать себя незащищенными. Испытывать к власти недоверие. Россия больше будет акцентировать силы на расшатывании общества и на смене военно-политического руководства на более лояльное или абсолютно лояльное к России».

Ну что тут сказать? В 2014 году мы действительно наблюдали действия сил специальных операций в лице «Правого сектора»*, который действительно заставил людей «чувствовать себя незащищёнными». Результат был двоякий — одна часть народа стала искать власть, которая могла бы их защитить (крымчане, например, нашли), другая объединилась вокруг нелояльной по отношению к России власти, которая смогла бы их защитить. Что получилось, мы все знаем. Почему Бадрак считает, что в этот раз будет иначе, неизвестно.

В любом случае о «российской агрессии» будем говорить тогда, когда украинская власть разгромит «Правый сектор» и другие подобные организации и сможет в судебном порядке доказать, что они либо являются российскими ССО, либо действовали в их интересах. Иначе получается неубедительно.

Третий вариант — это пограничный конфликт, реальный или инспирированный.

Начав подсчитывать участки границы, на которых могут произойти провокации, из-за которых Украина окажется втянутой в большую войну, забыли упомянуть, кажется, только Польшу и Словакию. Но это не точно.

Кстати, приграничный конфликт может привести не только к большой войне, но и к ещё более неприятным последствиям: «местное население начинает получать резко паспорта и говорить — давайте мы здесь автономию будем делать». Просто удивительно… А раньше Украина не обращала внимания на массовую раздачу румынских и венгерских паспортов в приграничных районах? Нет, не обращала, поскольку была озабочена угрозой раздачи российских паспортов в Крыму. Именно в то время, когда российские паспорта, в отличие от румынских, ещё не раздавались.

«Четвертый и последний сценарий оценен как маловероятный, но опасный — это конфликт России с соседними странами, в который может быть втянута Украина».

В качестве такой войны называется, например, агрессия России против Прибалтики. Хорошо ещё, что украинские специалисты считают как вторжение России в Прибалтику, так и привлечение Украины к этому конфликту маловероятным. Аттракцион невиданного здравомыслия… Но, с другой стороны, Россия может напасть и на Тувалу, а этот вариант тоже опасен.

Ну и в заключение приведём суждение одесского журналиста Юрия Ткачёва о ценных мыслях украинских военных экспертов:

«Экс-спикер Генерального штаба ВСУ, военный эксперт Владислав Волошин прокомментировал возможность того, что ДНР и ЛНР перейдут в наступление. «Сегодня украинская армия — одна из самых боеготовых в Европе. Потому что мы ведём реальную войну. А полоса (видимо, обороны. — Авт.) у нас многоэшелонированная, — заявил он. — А вот ответочка, которая пойдет туда, возможно, и до Ростова дойдёт».

А теперь следите за руками.

Дело в том, что в маня-мирке официального Киева никаких ДНР и ЛНР типа не существует. А есть типа российская армия, типа оккупировавшая Донбасс.

А с российской армией вот какая штука: зачем ей, российской армии, ломать вашу «многоэшелонированную» оборону под Авдеевкой, Марьинкой, Мариуполем и так далее, если можно наступать, скажем, через Харьков, Сумы, Конотоп и Чернигов, где никакой «многоэшелонированной» обороны нет?

А та самая «многоэшелонированная оборона» прикрывает вас исключительно от ДНР и ЛНР, которых, повторюсь, в вашей картине мира вообще не существует.

То есть вы нам с серьёзным лицом рассказываете, что создали систему обороны, рассчитанную на остановку врага, которого типа нет, но которая при этом никак не поможет защититься от врага, который типа есть?

Пацаны, признайтесь честно: в «противостояние российской агрессии» вы верите не больше, чем все остальные. Но раз уж продолжаете делать вид, что верите, то хоть не палитесь так стрёмно.

Резюме

У российских военных есть все основания беспокоиться. Дело ведь не в количестве ракет у украинской армии и не в реальности использования против Украины российского ядерного оружия, а в полнейшей неадекватности военных экспертов из ГУР и Офиса президента. Они сами наложили на себя обет, но не молчания, а российской угрозы, которая существует только в их воображении. А что если в силу своей неадекватности сами поверят в нее и начнут соответственно действовать?

А если они вполне адекватны, тогда, с другой стороны, зачем все эти страшилки взрослым дядькам из ГУР и Генштаба Украины?

Во-первых, затем, что отсутствие угрозы войны никто не платит. А вот за ее наличие, как показали пять лет Порошенко, платят и платят хорошо. Опять же чины, престиж, звания, суета. А во-вторых, инерция. Война при Порошенко стала настолько удобной формулой решения любых (социальных, политических, международных) вопросов и проблем, что без нее как-то неуютно чувствуют себя не только полковник Апаршин, но даже обычный грантоед-эксперт Бадрак.

Василий Стоякин, Украина.ру

Читайте также: Новости Новороссии.

18688

admin

Добавить комментарий